Освенцим, или великое алиби

Статья «Освенцим, или Великое алиби» убедительно доказывает, что в геноциде евреев во время второй мировой войны английская и американская буржуазия повинны не меньше, чем нацисты. И вообще в холокосте непосредственно виновен весь мировой капитал (а не только германский) – и перекладывание всей ответственности исключительно на плечи нацистов есть уловка буржуазных антифашистов, которые на самом деле ничем не лучше фашистов.

Данный материал был написан левым коммунистом, семья которого едва успела сбежать из Австрии накануне прихода германских войск (они были евреи) и нашла убежище во Франции. Эта статья была первым трудом, написанным им, потому что он чувствовал потребность показать, что марксизм способен объяснить этот геноцид. Сейчас этот товарищ очень стар и поэтому больше не является политическим активистом; последней вещью, которую он написал, был памфлет на эту же тему.

Мы хотим выразить свое восхищение этим замечательным, прожившим свою жизнь для революции и для своих товарищей по борьбе человеком, чьи глаза не ослепила трагедия его народа, не помешала ему увидеть за спинами палачей-нацистов главного виновника гибели евреев – всех эксплуататоров мира и те экономические законы, которые движут капиталистическим обществом и побуждают буржуазию время от времени уничтожать, ради своей прибыли, миллионы людей. Когда думаешь о таких людях, то чувствуешь, что жизнь не бессмысленна – и что стоит прожить ее, как революционеру, неважно, долго или коротко…

ОСВЕНЦИМ, ИЛИ ВЕЛИКОЕ АЛИБИ

40-летие «Хрустальной ночи рейха» вновь дало в эти дни возможность правым, умеренным и левым антифашистам поставить под сомнение тот факт, что расовая ненависть и главным образом антисемитизм служат им как великое алиби. Под этим флагом скачут они охотнее всего в атаку, и это является одновременно их последним бастионом в дискуссии. Кто сможет устоять перед аргументом лагерей смерти и газовой камеры? Кто не затихнет перед шестью миллионами убитых евреев? Кто не содрогнется перед садизмом наци? И все-таки здесь мы сталкиваемся с одной из самых бессовестных мистификаций антифашистов, которую мы должны раскрыть. Немецкая буржуазия и мелкая буржуазия, начиная от государственных, партийных, профсоюзных и церковных бонз, на многочисленных собраниях на Западе и Востоке старается свалить всю ответственность за смерть пятидесяти миллионов человек в последнюю мировую войну, среди них шести миллионов евреев, на нацистов. Это объяснение, типично буржуазное, совпадает со штампом псевдокоммунистов: фашисты несут ответственность за войну.

Так как буржуазные и реформистские идеологи отказываются признать, что причина потрясений и кризисов, периодически сотрясающих мир, лежит в самой капиталистической системе, то они пытаются все объяснить плохим в человеке. Мы убеждаемся при этом, что фашистские и антифашистские идеологи в основном утверждают одно и то же: мысли, идеи, воля отдельных людей и групп определяют ход общественного развития.

В противоположность всем этим идеологиям, которые мы определяем как буржуазные, так как они стремятся к поддержке капитализма, а также вопреки всем прошлым, сегодняшним и будущим «идеалистам» марксизм доказал, что в действительности все наоборот: идеологию определяют материальные условия общества. Это основной постулат марксизма, и из этого следует, что наши псевдомарксисты отказались также от него, сдвинув все в мир идей: в конечном случае для них колониализм, империализм и капитализм являются лишь духовными субстанциями. Этим они сваливают вину за все человеческие страдания на темные силы, ответственные за нищету, эксплуатацию и войну. Марксизм опроверг это и доказал, что нищета, эксплуатация и война не порождаются злыми инстинктами, а от носятся к «нормальным» процессам капитализма.

Это справедливо также и по отношению к империалистической эпохе. Но так как именно разрушение является темой нашего анализа, мы должны подробнее рассмотреть этот вопрос. Даже если буржуа или реформисты признают, что в основе империалистических войн лежат конфликты интересов, они очень далеки от понимания капитализма. И это проявляется от их неспособности постичь значение разрушений.

Они все придерживаются мнения, что целью войны является победа, и видят в уничтожении людей и материальных ценностей во вражеском лагере лишь единственное средство, чтобы достичь этой цели. Доходит даже до того, что некоторые наивные предлагают будущую войну вести просто при помощи снотворных средств.

Мы же, наоборот утверждаем, что именно разрушение является главной целью войны. Империалистическое соперничество, непосредственно создающее повод к войне, само является только следствием все более возрастающего перепроизводства. Чтобы противодействовать тенденции падения нормы прибыли, капитализм вынужден производить все больше и быстрее, и противоречие между необходимостью больше производить и невозможностью найти сбыт продуктов приводит к кризису.

Война есть капиталистическое решение кризиса: ликвидация «перенаселения», вызванного перепроизводством, благодаря уничтожению людей. Только филистер-мечтатель может вообразить, что империалистические конфликты могут быть легко улажены во время игры в кегли или за круглым столом, и что колоссальные разрушения и смерть миллионов людей можно приписать нерешительности одних или порочности и жадности других.

Уже в 1844 году Маркс обвинял буржуазных экономистов в попытке считать алчность врожденным качеством, вместо того чтобы ее понять, и он показал, почему алчные являются алчными. Впрочем, уже в тот же год марксизм объяснил и причину «перенаселения». «Спрос на людей жестко регулирует производство людей, как и любого другого товара», – пишет Маркс. «Если прирост намного больше спроса, то часть рабочих погружается в нищенское состояние или голодную смерть»(1). И Энгельс в свою очередь: «Население лишь тогда слишком велико, когда сила производства вообще слишком велика; перенаселение показало нам, как в конечном счете частная собственность превратила людей в товар, чье производство и уничтожение зависит также только от спроса; как система конкуренции убила при этом и ежедневно убивает миллионы людей»(2).

Последняя империалистическая война не опровергает марксизм и не оправдывает его «обновления», а подтверждает точность нашего анализа. Мы должны напомнить обо всем этом, чтобы перейти к вопросу об уничтожении евреев. Ибо это уничтожение состоялось не в заранее выбранное время, а в разгар кризиса и империалистической войны. И мы должны его объяснить в рамках этого огромного проекта уничтожения. И этим самым вопрос освещается нужным образом. Мы не будем больше толковать об «опустошительном нигилизме» нацистов, а попробуем понять, почему этому уничтожению частично подверглись евреи.

И здесь нацисты и антифашисты снова едины: по их мнению, массовые убийства евреев вызваны расовой ненавистью, ненавистью к евреям, свободной и дикой «страстью»! Но мы, марксисты, знаем, что не существует никакой свободной социальной страсти и что ничто так сильно не обусловлено, как именно эти большие коллективные взрывы ненависти. Исследования антисемитизма империалистической эпохи вновь подтвердят нам это.

Мы специально говорим об антисемитизме империалистической эпохи, так как несмотря на то, что «идеалисты» всех типов – от нацистов до теоретиков «еврейства» – утверждают, что юдофобия всегда и повсюду одинакова, мы знаем, что это не так. Антисемитизм сегодня в корне отличается от антисемитизма феодального. Мы не можем здесь вновь рассмотреть историю евреев, хорошо исследованную в рамках марксизма. Мы знаем, почему сохранились как таковые евреи в феодальном обществе; мы знаем, что сильные буржуазии (Америка, Англия, Франция), рано получившие возможность завершить победой свои политические революции, почти полностью ассимилировали своих евреев, и что слабые этого сделать не смогли. В последнем случае дело было не в выживаемости евреев как таковых, на которую мы здесь могли бы сослаться, а в антисемитизме империалистической эпохи. И это не сложно понять, если мы не тратим времени на размышления о «сути» евреев и антисемитов, а исследуем их положение в обществе.

Энгельс писал в 1890 г., что антисемитизм «есть не что иное, как реакция средневековых, вырождающихся слоев общества на современное общество, которое в основном состоит из капиталистов и пролетариев»(3).

В результате исторического развития капитализма евреи сегодня в основном принадлежат к среднему классу. Этот класс приговорен неудержимым развитием концентрации капитала к смерти. И здесь лежит источник нового антисемитизма.

В Германии в период между войнами эта тенденция резко обострилась. Как страшное привидение, нависает послевоенный кризис над немецким капитализмом, уже потрясенным первой мировой войной и революционными выступлениями 1918-1928 годов, запуганным атаками пролетариата. В то время как победоносные, более сильные буржуазии (в США, Англии, Франции) меньше пострадали от войны и сравнительно легко преодолели переход от военной экономики к мирной, немецкий капитализм испытал хаотический экономический провал.

И, как во всех кризисах, приводящих благодаря разорению части малых и средних предприятий к более высокой концентрации капитала, не в последнюю очередь пострадал средний класс.

При этом обстоятельства были таковы, что разоренные, обанкротившиеся и задолжавшие мелкие буржуа не могли опуститься до пролетариев, которые сами тяжело страдали от безработицы (7миллионов безработных в пике кризиса): они упали прямо до состояния нищих и были приговорены к голодной смерти.

Под страшным экономическим давлением, перед лицом угрозы уничтожения, которая делала жизнь всех членов среднего класса ненадежной, но при этом общей и взаимопроникающей, средний класс пожертвовал одной своей частью в надежде спасти и обезопасить жизнь остальных.

Антисемитизм так же мало основан на «маккиавеллиевском плане», как и на «внутренней извращенности». Он является следствием экономического давления. Вместо того, чтобы быть первопричиной уничтожения евреев, ненависть к евреям есть лишь выражение стремления сконцентрировать на них и ограничить ими уничтожение. Иногда происходит и так, что даже рабочие становятся носителями расизма, если многие из них подвергаются угрозе безработицы и пытаются сконцентрировать ее на других группах: итальянцев, поляков, турок или других «гастарбайтеров», арабов, негров и др.

Но в пролетариате это происходит только в моменты тяжелейшей деморализации и сохраняется недолго. Как только пролетариат продолжит борьбу, он видит ясно и конкретно, где прячется враг. Пролетариат есть единственный класс, имеющий историческую перспективу и миссию.

Средний класс, наоборот, является бесперспективным и обреченным классом. Он приговорен также к невозможности понимать и к неспособности бороться; в мельнице, перемалывающей его, он может только слепо ударять вокруг себя.

Расизм – совсем не помутнение разума, он есть реакция мелкой буржуазии на давление большого капитала и останется таковой и дальше. Выбор «расы», т. е. группы, на которой средний класс попытается сконцентрировать уничтожение, зависит, конечно, от конкретных обстоятельств.

В Германии именно евреи выполнили «необходимые условия» и были единственными, выполнившими их. Они почти все были в среднем классе, и в среднем классе они были единственной достаточно идентифицируемой группой. На них могла перевести катастрофу мелкая буржуазия. Было даже необходимо, чтобы идентификация не была слишком сложной. Нужно было точно определить, кто должен быть уничтожен и кто пощажен.

Поэтому и смехотворно мало число крещеных предков, противоречащее кровной и расовой теориям и уже потому достаточное для того, чтобы доказать ее несостоятельность. Но речь не шла о логике. Демократ, который лишь выпячивает бессмысленность и подлость расизма, проходит здесь, как обычно, мимо действительного вопроса.

Штурмовики СА во время антиеврейского бойкота, с плакатами "Немцы! Защитите себя! Не покупайте у евреев!" (Берлин, Германия, март или апрель 1933 года).

Немецкие мелкие буржуа, под давлением капитала, бросили евреев волкам, чтобы облегчить свои сани и спасти себя. Как уже было сказано, произошло это неосознанно, отражаясь в их сознании в форме ненависти к евреям и удовлетворения от закрытия и разграбления еврейских лавок.

Можно было бы сказать, что крупный капитал потирал руки от удовольствия: средний класс был согласен ликвидировать часть самих себя, еще точнее, мелкие бюргеры были готовы провести эту ликвидацию сами. Но такая «персонификация» капитала была бы некорректной: капиталистическая буржуазия понимает точно так же мало, как и мелкий бюргер, что она в действительности делает. Капитал подвержен непосредственно экономическому давлению и идет путем наименьшего сопротивления.

Пролетариат со своей стороны не участвовал непосредственно в этой истории. Немецкий пролетариат понес поражение и, конечно, уничтожение евреев было возможно лишь после этого. Но социальные силы, подталкивающие к этому уничтожению, существовали еще до поражения пролетариата. После него они смогли реализоваться, так как теперь капитализм получил зеленый свет.

Это началось с экономического уничтожения евреев: экспроприация во всех возможных формах, ограничения во всех свободных профессиях, администрациях и т.д. Постепенно отняли у евреев все жизненные основы, они жили за счет резервов, которые смогли спасти. Вплоть до начала войны политика нацистов по отношению к евреям заключается в двух словах: вон евреев! Все было сделано, чтобы обеспечить исход евреев (даже при помощи нелегального переселения в Палестину!). В то время как нацисты хотели, не понимая как, избавиться от евреев, а сами евреи больше всего хотели выехать из Германии, их нигде не хотели принимать.

И это объясняется так: никто не хотел их принимать, так как ни одна страна не была в состоянии принять многие миллионы разоренных мелких буржуа и предоставить им условия для проживания. И лишь малая часть евреев смогла выехать. Большинство должны были остаться против своей воли и против воли нацистов. Они парили, так сказать, в воздухе.

С началом империалистической войны положение одновременно количественно и качественно обострилось.

Количественно, так как немецкий капитализм, вынужденный разрушить средний класс, чтобы сконцентрировать в своих руках европейский капитал, распространил ликвидацию евреев даже на среднюю и восточную Европу. Антисемитизм себя оправдал и был на подъеме. Это соответствовало, впрочем, местному антисемитизму средне- и восточноевропейских стран, хотя он был сложнее (отвратительная смесь феодального и империалистического антисемитизма, которую мы не имеем возможности здесь рассматривать).

Одновременно обострилось положение и качественно. Жизненные условия стали из-за войны гораздо тяжелее, запасы евреев таяли, и они были предоставлены голодной смерти.

В «нормальные» времена и если речь идет о небольших количествах людей, то капитализм, выбросивший людей из производственного процесса, может разрешить им подыхать. Но во время войны и при миллионах людей это невозможно: подобный хаос парализовал бы все.

Капитализм должен организовать их смерть. Но он убивает их не мгновенно. Вначале он выбрасывает их из внутриобщественного движения, перегруппировывает, концентрирует. Вынуждает тяжело трудиться и недоедать, т.е. истощает до смерти. Это старый метод капитала – убивать людей работой.

Уже в 1844 г. Маркс писал: «Индустриальная война» (в тексте война означает индустриальную борьбу, конкуренцию, – прим. ИКП) «для своего успешного ведения требует многочисленных армий, которые капитал может собирать в определенном пункте и распускать»(4).

Но при своей жизни люди должны нести сами траты на жизнь и одновременно оплачивать свою смерть. Они должны производить прибавочную стоимость, пока способны на это. Ибо сама смерть приговоренного капиталом человека может произойти только тогда, когда она приносит прибыль. Так происходит это и на войне.

Но человек живуч. Став чистым скелетом, он подыхает недостаточно быстро. Нужно его убивать – тех, которые больше не могут работать, и тех, которые больше не нужны, так как их рабочая сила при неблагоприятном ходе войны не находит больше применения.

Немецкий капитализм все же неохотно решался на простое убийство. Не из моральных побуждений, а так как это ничего не приносило. Так был заключен контракт с Жюлем Брандом (5), который мы здесь упоминаем, так как он раскрывает ответственность мирового капитализма.

Жюль Бранд был одним из руководителей подпольной организации венгерских евреев. Через тайные убежища, нелегальную эмиграцию, подкуп СС-чиновников и благодаря всем возможным средствам эта организация пыталась спасти евреев.

СС-команда по евреям терпела подобные организации из-за подкупа, а также потому, что она пыталась по возможности использовать их для сбора денег и для выборочных операций среди евреев.

В апреле 1944 года Бранд был приглашен в СС-команду по евреям: Айхман, руководитель еврейского отдела СС, хотел поговорить с ним. И Айхман, с разрешения Гиммлера, поручил ему выступить посредником на переговорах с союзниками о продаже миллиона евреев. СС потребовало взамен 10 тыс. грузовиков, но было готово к любому торгу о типе и количестве обменных товаров.

Для подчеркивания серьезности предложения, они предложили высылку 100 тыс. евреев тотчас же, сразу после договоренности. Это был серьезный гешефт. Контракт был готов, но не было, к сожалению, никакого спроса: не только евреи, но и сами СС попались на удочку «гуманитарной» пропаганды союзников! Союзники не хотели миллиона евреев ни за 10 000 грузовиков, ни за 5 000, ни вообще даром. Мы не хотим здесь вдаваться в подробности неудач Бранда. Он выехал через Турцию на Ближний Восток, попадая из одной английской тюрьмы в другую. Союзники не хотели принимать это всерьез и делали все, чтобы дискредитировать Бранда и лишить его слова. Наконец Бранд встретился в Каире с британским министром по Ближнему Востоку лордом Мойном. Он умолял его выдать ему хотя бы письменное согласие, даже с намерением его не выполнять: при этом были бы спасены 100 тыс. жизней!

– И сколько должно быть в целом?

– Айхман говорил о миллионе.

– И как Вы это себе представляете, мистер Бранд? Что должен я делать с этим миллионом евреев? Куда должен я их доставить? Кто примет людей? (…)

«Если на планете нет для нас места…» – сказал Бранд в отчаянии, – «тогда нашим людям не остается ничего другого, как идти в газовые камеры».

СС не сразу поняло, так сильно они верили в «идеализм» Запада!

После неудачи Бранда и во время массовых убийств оно попыталось еще продать евреев Джойнт (американскому еврейскому комитету) с тем, что оно выдало в Швейцарию «задаток» в 1700 евреев. Но никто, кроме них, не торопился провернуть этот гешефт. Жюль Бранд понял это сам, или почти понял. Он видел, как обстоят дела, но не понимал, почему. Это не планета не хотела их принимать, а капиталистическое общество. И не было места для евреев, не потому что они были евреями, а потому, что они были выброшены из процесса производства, были не нужны для продукции. Лорд Мойн был убит двумя еврейскими террористами, и Бранд узнал позднее, что он часто выражал сочувствие трагической судьбе евреев: «Политика, которую он был вынужден проводить, диктовалась ему бездушной администрацией в Лондоне»,- сказал Бранд. Но Бранд не понял, что администрация есть администрация капитала и именно капитал бесчеловечен.

Капитал не знал, что делать с этими людьми. Даже с немногими уцелевшими, теми «перемещенными лицами», для которых не находилось места, он не знал, что делать.

Уцелевшим евреям, наконец, удалось найти себе место. Силой и благодаря международной конъюнктуре было основано государство Израиль.

Но даже это потребовало сделать другое население «перемещенными»: с тех пор прозябают сотни тысяч палестинцев в лагерях беженцев. Мы увидели, как капитализм приговаривает миллионы людей к смерти, выталкивая их из процесса производства. Мы видели, как он убивает их и вымогает при этом всю возможную прибыль. Мы должны теперь еще увидеть, как он их использует даже после смерти, как он использует даже их смерть.

Демократические "антифашисты" по своей жестокости не уступали фашистам. Бесчеловечные ядерные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки навсегда вошли в анналы истории. Человек смотрит на руины, оставшиеся после взрыва атомной бомбы в Хиросиме.

Вначале империалисты союзнического лагеря их использовали, чтобы оправдать свою войну и после своей победы – подлое поведение победителей. Набросились на лагеря и трупы! Повсюду выставляли ужасные картинки и кричали: «Смотрите, что за негодяи нацисты! Как мы были правы, борясь с ними! И как правы мы теперь, делая их жизнь кислой!» Помните о бесчисленных преступлениях империализма, например о том, что именно 8 мая 1945, когда во Франции Торез, бывший вождь КПФ, прокукарекал о победе над фашистами, 145000 алжирцев… были уничтожены под предлогом, что они являются фашистскими провокаторами. Помните об ответственности мирового капитализма за все эти бойни, и возникает отвращение от подлого цинизма и самодовольства победоносного империалистического блока!

Одновременно набросились все бравые антифашистские демократы на трупы евреев. И они помахивают этими картинками перед глазами пролетариата. Конечно не для того, чтобы показать отвратительность капитализма. Напротив, они пытаются показать, как прекрасна настоящая демократия и настоящий прогресс другого лагеря, как хорошо он живет в обновленном капиталистическом обществе!

Перед ужасом капиталистической смерти пролетариат должен забыть ужас капиталистической жизни и то, что оба неразрывно связаны. Перед экспериментами СС-врачей следует забыть, что капитализм экспериментирует в больших масштабах с алкоголем, раковызывающими продуктами, излучениями «демократических» атомных бомби т.п. Показывают абажуры из человеческой кожи, чтобы забыли, что капитализм из живых людей, своей рабочей силы, делает абажур. Перед горами волос, золотых зубов, перед ставшими товаром телами убитых людей забывают, что капитализм саму жизнь людей, работу превратил в товар. В этом причина всех несчастий. Спрятать это за трупами жертв капитала, использовать эти трупы для защиты капитала, – это действительно отвратительный способ использовать жизни и трупы до конца.

Перепечатано с незначительными сокращениями

ПРИМЕЧАНИЯ:

1. Карл Маркс. «Экономико-философские рукописи». Исследование трудов

Маркса и Энгельса. Издательство карманных книг Фишера (т.II, 5.38).

2. Энгельс. «Наброски к критике национальной экономики», MEW 1, S.519 ff

3. Энгельс. «Об антисемитизме», 1890, MEW 22, S. 50

4. Маркс, см. выше S. 49

5. Алекс Вайсберг. «История Жюля Бранда», 1956. Дословные цитаты со стр.215-216. Предложение Бранду было составной частью ряда продолжавшихся целые годы попыток.

Реклама
Comments are closed, but you can leave a trackback: Trackback URL.